Daniel Lavoie

Daniel Lavoie

На музыкальном портале Зайцев.нет Вы можете бесплатно скачать и слушать онлайн песни Daniel Lavoie в формате mp3. Лучшая музыкальная подборка и альбомы исполнителя Daniel Lavoie.
Даниэль Лавуа родился 17 марта 1949 года в маленькой (на 175 жителей) деревне Данрей в провинции Манитоба (англофонная часть Канады). Кстати, Лавуа — весьма уважаемая франкофонная фамилия. Дедушка Даниэля в своё время переехал в Манитобу из Квебека, так что корни Даниэля — квебекские, несмотря на то, что в статьях и интервью его до сих пор именуют «франкоманитобцем». Жизнь франкофонов в Манитобе имела свои особенности: по-французски дети говорили только дома, а на улице и в школе им приходилось говорить по-английски. Даниэль с раннего детства владеет этими двумя языками в одинаковой мере.

Надо сказать, что Даниэлем он в то время ещё не был. Родители назвали своего первенца Жеральдом, так что Даниэлем он стал только в 20 лет (ему показалось, что с именем Жеральд не сделаешь международной карьеры). Старший из шести детей (четверо родных и две приёмные индейские девочки), он нянчил братишек и сестрёнок, что не помешало ему рано начать занятия музыкой. Его мать — страстная поклонница классической музыки, и трёхлетний Жеральд пел арии из опер, а в четыре года был усажен за пианино. Музыка была его страстью, он просто обожал её.

Занятия музыкой и участие в трудовых делах взрослых не мешали Жеральду жить обыкновенной мальчишеской жизнью: играть с друзьями и подолгу бегать по просторным полям Манитобы. Этот период своей жизни он называет «невероятно счастливым, в святой воде». Позже именно из манитобских воспоминаний — «Нигде нет такого неба, как в Манитобе!» — родилась невероятно красивая песня «Les jours de plaine» («Дни равнины»).

Музыкальное образование Жеральда продолжилось в иезуитском коллеже города Сен-Бонифаса, куда он поступил в 14 лет. Для франкофона в англофонной стране это был, очевидно, единственный способ сохранять свою культуру и язык. Впрочем, мать страстно хотела сделать из своего первенца священника. Годы, проведённые в коллеже, оставили огромный отпечаток на личности Даниэля. За малейшее неповиновение там били «по пальцам и по голове», и впоследствии у Даниэля возникли очень большие, как он сам это называл, «проблемы с властью», а именно — ему пришлось огромным трудом преодолевать робость и застенчивость. Уже в коллеже он понял, что никогда не будет священником, а позже разочаровался и в официальной религии.

Несмотря на все эти издержки, образование иезуитов традиционно считается очень хорошим, дающим крепкую общекультурную базу; так что Даниэля можно по праву считать образованным человеком.

В коллеже Жеральд продолжал совершенствоваться как пианист и научился играть на гитаре, флейте и саксофоне. Конечно, этими инструментами он владел не так хорошо, как фортепиано. Но лёгкость, с которой он овладевал музыкальными навыками, удивляла даже его самого. «Я брал инструмент и через десять минут уже мог на нём играть!» — с некоторым недоумением говорит он сегодня. В составе любительских групп Жеральд часто выступал на школьных вечерах, его запомнили. Этот скромный, застенчивый, робкий парень почти двухметрового роста, не знающий, куда девать руки и «исследовавший взглядом трещины в тротуаре в надежде провалиться туда», тем не менее очень нравился девушкам. Ещё бы!…

«Сейчас я смотрю свои старые фотографии, — с улыбкой замечает Даниэль, — и говорю себе: глянь-ка, ты был отменно красивым парнишкой в то время!… Но в то время я абсолютно не отдавал себе в этом отчёта, я находил себя весьма обыкновенным, как всякий, кто смотрит в зеркало и видит там себя…»

В 18 лет Жеральд неожиданно для себя выиграл очень престижный конкурс на канадском телевидении «Jeunesse oblige» («Юность обязывает»). Специально для этого конкурса он написал свою первую песню «Осенний ветер», которая очень понравилась его матери. Даниэль вспоминает, что от страха руки его так вспотели, что скользили по клавишам! Жюри конкурса признало, что в номинации «автор-композитор-исполнитель» у юноши нет конкурентов. «Ты должен продолжать, у тебя нет выбора!» — сказали ему.

Тем не менее у Жеральда были и другие интересы. Его очень привлекала медицина — настолько, что он даже работал санитаром в госпитале Сен-Бонифаса во время школьных и студенческих каникул. Семья поощряла это увлечение: для внука крестьянина и сына мелкого торговца стать врачом было бы отличным социальным ростом.

Итак, решение изучать медицину было принято. Жеральд учился в университете и играл в разных группах. Неожиданно на его горизонте появился квебекский продюсер, искавший группу для работы в клубах Квебека и Монреаля. Единственным условием было взять название предыдущей группы. Группа называлась «Бог любви любит вас». Даниэль сегодня признаётся, что до сих пор не может понять, как можно было придумать настолько нелепое название!… Но тогда ребята долго не раздумывали: загрузили инструменты в грузовичок и поехали в Квебек. Началось почти годовое турне. Ребята играли рок-н-ролл каждый день с 9 вечера до 3 утра во всех кабаках третьего и четвёртого пошиба. Это было отличной школой игры, но жить так было тяжело. Один за другим молодые манитобцы побросали всё и подались до дому. Кроме Жеральда Лавуа. Он решил заняться музыкой профессионально.

Для начала Жеральд решил сменить имя. По его рассказу, он ткнул пальцем наугад в телефонный справочник. (Так это было или не так, но имя Даниэль ему очень идёт!…) Затем он отправился, без копейки денег в кармане, в монреальское артистическое агентство. Там ему определили первое амплуа: тапёр в баре. Даниэль играл на рояле в барах Монреаля и иногда пел песни собственного сочинения. На него обратили внимание продюсеры. Были сделаны первые записи, и песня «J’ai quitté mon île» («Я покинул мой остров») прозвучала по радио.

Даниэль не хотел петь, он хотел только сочинять песни для других артистов. Но никто не пожелал петь песни никому не известного манитобца, и Даниэлю пришлось стать певцом. Это решение он называет «самым большим вызовом своей жизни». Пришлось упорно преодолевать страх перед сценой и застенчивость и читать о себе в газетах разные колкости: он, мол, совершенно не умеет держаться на сцене! «Да, не умею! — отвечал на это Даниэль. — Не умею и не желаю вилять бёдрами!»…

В 26 лет у Даниэля вышел первый альбом «A court terme» («На краткий срок»). Это было в 1975 году. Музыка и тексты были написаны им самим, он сам сыграл на всех клавишных. Песни сразу отличало мастерство композитора-мелодиста и аранжировщика. Была на этом альбоме и прелестная инструментальная пьеса, посвящённая годовалому сыну Матьё… Альбом имел локальный успех, песни звучали по радио.

Второй альбом молодого композитора «Berseuse pour un lion» («Колыбельная для льва») вышел в 1977 году. Здесь очень сильно проявились джазовые и кантри мотивы. Впервые Даниэль включил в альбом одну англоязычную композицию (в его планы входила международная карьера). Нельзя сказать, что оба альбома остались незамеченными, но Даниэлю явно хотелось большего.

Первый крупный успех в Канаде принёс Даниэлю третий альбом «Nirvana bleu» («Голубая нирвана»), это было в 1979 году. Даниэль заметно вырос как вокалист (от «старательного» юношеского пения к настоящему мастерству), а его композиторский талант позволил ему создать настоящие хиты, популярные по сей день: «Angeline», «La danse du smatte», «Allume la TV», «Boule qui roule». Очень хороша совершенно джазовая песня «Mes vacances d’été» («Мои летние каникулы») и инструментальная кантри-пьеса «St-Côme expresse» («Сен-Комский экспресс»). Великолепные аранжировки, в которых главную роль играет рояль (извлекать из рояля множество нюансов Даниэль научился очень рано), и простые красивые тексты тоже внесли свою лепту в успех альбома.

(«Smatte» — канадское словцо, означающее что-то вроде «славный малый», «симпатяга». Эту песню Даниэль исполняет на концертах до сих пор. Слово это настолько прилипло к нему, что стало названием его Дома звукозаписи).

Вслед за этим Даниэль записал и выпустил англоязычный альбом «Cravings» (1980) и альбом со странным двуязычным названием «Aigre-doux, how are you» (1981). Событием в мировой музыке ни тот, ни другой альбом не стал. Впрочем, одна песня из альбома «Cravings» — очень красивая баллада «So long» — была замечена слушателями, однако при всём успехе этой песни имя её автора публике не запомнилось.

Затем Даниэль остановился, чтобы осмыслить, что же он делает. Повторяться ему не хотелось, кроме того, он был недоволен своими возможностями поэта-текстовика — ему хотелось более глубоких, интересных текстов. «Песня — это прежде всего текст, — говорит он сегодня, — музыка — это одежда!» К тому же Даниэлю не нравилось, что публика не запомнила его самого — его постоянно путали с другими певцами. И он обратился к специалисту по имиджу. Надо сказать, что в те годы большинство музыкантов выглядели «под Битлов». Даниэль не был исключением: носил длинные волосы, усы и бородку-эспаньолку. Приговор специалиста по имиджу был неумолим: постричься и побриться! И Даниэль сделал это. «Это оказалось не так страшно, как я думал!»

Даниэль пригласил в соавторы поэта-текстовика Даниэля ДеШема, взял ссуду в банке и заперся в студии на целый год. Ему хотелось сделать альбом, который отличался бы от всего сделанного ранее.

Студия находилась в гараже дома, который Даниэль снимал, и там было очень холодно. Он поднимался в дом только чтобы погреться и перехватить поесть. В один из таких «подъёмов» он включил телевизор и увидел репортаж из Бейрута (в начале 80-х репортажи из Бейрута были в новостях всего мира круглые сутки). На улице разрушенного города рука об руку шли юноша и девушка, почти дети. Это так поразило Даниэля, что он, спустившись в свой гараж, немедленно написал песню «Ils s’aiment» («Они любят друг друга»). Соавтору осталось лишь немного пошлифовать текст.

Альбом «Tension attention» («Берегись напряжения», проще говоря, «Не влезай, убьёт!» :)) вышел в 1983 году и имел оглушительный успех в Канаде. За этот альбом Даниэль Лавуа получил три «Феликса» (высшая национальная музыкальная премия в Канаде): как певец года, за лучший альбом года и за лучшую песню года. Любопытно, что песней года стала не «Ils s’aiment», а другая песня — «Tension attention». Впрочем, на этом альбоме все песни хороши! Отличные тексты, запоминающиеся мелодии, великолепное звучание голоса, электронные аранжировки в стиле «диско», только что вошедшем в моду, многократное наложение — всё на высоте!… Альбом попал во Францию, где традиционно пристально следят за творчеством франкофонов всего мира. Песня «Ils s’aiment» произвела фурор во Франции, а заодно и в Испании, Португалии, Бельгии и Польше. В первый же день было продано 27 000 дисков, а всего — более 2 миллионов. «Это был совершенно дикий период, — вспоминает Даниэль. — Я мотался по маршруту Париж-Монреаль без остановки. Я порядочно устал. Я понял, что это не то, что я люблю в моей профессии!» Бесконечные турне, телепередачи, бешеная популярность и… неожиданно свалившиеся огромные деньги, с которыми Даниэль решительно не знал, что делать. Вдвоём с приятелем они основали Дом звукозаписи, который призван был помогать молодым исполнителям.

Преодолев период некоторой растерянности после столь шквального успеха, Даниэль продолжает работать. В 1986 году выходят сразу два альбома: франкофонный «Vue sur la mer» («Вид на море») и англофонный «Tips». Стремясь как можно дальше отойти от «Tension attention», он много экспериментирует со звуком, придаёт голосу новые, местами «противные» :) интонации, берёт запредельно высокие ноты и т.д. Пожалуй, самые красивые песни на этом альбоме — «Que cherche-t-elle?» («Что она ищет?») — баллада, достойная «So long», просто бьющая слушателя под дых своей последней нотой, взятой на «грудном» звуке; и «Je voudrais voir New-York» («Я хотел бы увидеть Нью-Йорк»). «Только не спрашивайте меня, видел ли я его, этот Нью-Йорк! Видел, и много раз!» — смеётся Даниэль сегодня.

Певец добивается некоторого признания в Англии и США — естественно, не такого бурного, как во Франции. На концертах «Международной Амнистии» он поёт вместе со Стингом и Питером Гэбриэлом.

Тогда же происходит очень важный момент в личной жизни Даниэля. Его женой становится Луиза Дюбюк. 11-летний сын Даниэля Матьё и двухлетняя дочка Луизы Габриэль становятся братом и сестрой. «Медового месяца не было, — вспоминает Луиза. — Первое семейное утро началось с того, что нужно было приготовить завтрак для детей, накормить их и отправить мальчика в школу, а девочку в детский сад».

Вскоре семья поселяется в загородном доме в 50 км от Монреаля. «Я люблю проводить в городе вечера, но просыпаться я должен в деревне!» — говорит Даниэль. Пожалуй, именно желание жить в деревне было первым толчком к развитию дружбы между Даниэлем и Луизой; дружбы, переросшей в сильную и крепкую любовь. Даниэль, не любящий большие города, с удовольствием предаётся разведению цветов и велосипедным прогулкам. «Страсть к садоводству передалась мне от дедушки,» — заявляет он. И добавляет: «Я люблю, когда мои руки выпачканы землёй!»

Кроме садоводства (и, естественно, сочинения музыки!), Даниэль любит читать, играть с детьми, мастерить и готовить. Особенно ему удаётся утка в апельсинах!

В 1987 году проходят триумфальные концерты Даниэля в парижской Олимпии, выходит «живой» альбом «Olymрia-87». Газетные и журнальные заголовки тех лет: «Я не использую свою популярность, чтобы покорять женщин», «Я не веду себя как звезда», «Секретный сад Даниэля Лавуа», и даже: «Голосовые связки из нержавеющей стали»…

В 1989 году у Даниэля с Луизой рождается сын Жозеф. «Мы очень хотели третьего!» — говорит Луиза. Даниэлю же этот «новый» сын, отстоящий от старшего на 14 лет, подарил просто вторую молодость. «Отцовство, как всегда, ему к лицу!» — констатируют газеты.

Жизнь семьи выглядит так. Даниэль встаёт в шесть утра, готовит детям завтрак, будит и кормит их, отправляет в школу. Потом идёт копаться в саду или работать в студии. Даниэль и Луиза очень уважительно относятся друг к другу и очень друг друга ценят.

«Луиза великолепно дополняет меня в тех областях, где я слабоват,» — говорит Даниэль. Луиза же оценивает его так: «Он созидатель. Он встаёт и действует».

Много времени и сил уделяют Даниэль и Луиза социально значимой деятельности. Они вместе работают в Ассоциации по распространению грамотности. В Канаде это большая проблема: многие из приезжающих не умеют читать и писать по-французски. Даниэль рассказывает, что знал крупного антрепренёра, имевшего под началом 400 служащих, который так и не сумел научиться читать и писать, но научился скрывать это. Ассоциацией разработан простой и понятный годичный курс французской грамотности. Луиза написала роман о трудной жизни неграмотных людей.

Другая точка приложения сил Даниэля — Фонд борьбы с детским диабетом. Он очень много работает в Фонде, является его «глашатаем». Его имя постоянно мелькает то среди организаторов велопробега для семей с больными детьми, то на обложке книги о питании детей-диабетиков (пригодилось медицинское образование!).

В 1990 году выходит альбом «Long courrier». Даниэль расширяет амплуа: он снимается в фильме «Fabuleux voyage de l’Ange» («Невероятное путешествие ангела») и поёт в рок-опере ‘‘»Sand et les romantiques»’. Это его первая встреча с знаменитейшим канадским либреттистом и поэтом Люком Пламондоном. Даниэль играет Эжена Делакруа, на которого он, кстати, немножко похож.

В 1991 году выходит сборник «Douce heure» — компиляция из лучших песен разных лет . А в 1992 — англофонный альбом «Here in the heart». Это очень красивый альбом, содержащий настоящие хиты. Он имеет успех в США. Закрепляя успех в англофонном мире, Даниэль в 1994 году выпускает альбом «Woman to man», который на треть повторяет «Here in the heart». Песни с этих альбомов звучат в знаменитейшем американском телесериале «Главный госпиталь». Шоу-бизнес США открыт для него, однако Даниэль отказывается бултыхнуться в этот омут. «Это просто сумасшедший дом!» — заявляет он.

Увлечённый новыми горизонтами, Даниэль совершенно не следит, как расходуются средства его Дома звукозаписи. А между тем, не все такие «чистые романтики»!!!… В 1995 году Дом звукозаписи оглушительно рухнул, лишив Даниэля не только всех денег, но и авторских прав на песни. Это было страшным ударом. В 46 лет и после 20-летней работы Даниэль остался у разбитого корыта. Нужно было начинать всё сначала.

«Эта бездна поглощала всё, что я зарабатывал!» — вспоминает Даниэль об этом очень трудном периоде своей жизни. «Мне нечего было стыдиться, потому что это было не моё банкротство!» — добавляет он. Горше всего лично для Даниэля было то, что ему пришлось перевести детей из частной школы в муниципальную. Это задевало его гораздо сильнее, чем потеря прав на собственные песни. Ощутимым ударом стало и разочарование в дружбе. Даниэля «кинул» человек, которого он считал своим другом, и после этого он просто никому не мог довериться. Поэтому управление его делами взяла на себя Луиза. Она оставила свою работу и полностью посвятила себя делам Даниэля. Дом звукозаписи «Smatte» принадлежит ей.

Что касается творчества, то и тут не обошлось без Луизы. Она стала соавтором (и текста, и музыки) альбома «Ici» («Здесь»). Луиза и раньше иногда помогала Даниэлю (особенно в редакции текстов), но на этот раз помощь была столь ощутима, что он поставил её имя в титрах альбома. Во Франции альбом выходил под другим названием: «Où la route méne» («Куда ведёт дорога»). Альбом получился очень красивый, грустный, с восхитительными текстами (написанными как Даниэлем и Луизой, так и специально приглашёнными авторами), джазовыми аранжировками, обилием акустических инструментов. Но успех его был весьма локальный, так как Даниэль и Луиза не следовали музыкальной моде. Да и запись велась в сложных условиях, и Даниэль признаётся, что не смог воплотить в звуке все свои задумки. Средств на раскрутку песен в СМИ тоже не было.

Впрочем, кому надо, те альбом заметили. Даниэля приглашают на джазовый фестиваль, где он знакомится с монреальскими джазистами, играет с ними «джем» и в итоге записывает с ними совершенно хулиганский «живой» альбом «Live au divan vert» (1996). На этом альбоме знаменитые песни Даниэля перепеты самым неузнаваемым образом!…

Тогда же Даниэль осваивает новый «плацдарм». Ещё с детства Матьё он мечтал сделать альбом для детей — «такой, который не оскорблял бы их интеллекта». Но он постоянно откладывал эту идею. А тут подрос Жозеф, и Даниэль решил всё же сделать это, чтобы «детство не ушло от меня навсегда, так как я не намерен иметь ещё детей!» :) В соавторстве с Луизой он делает два восхитительных альбома детских песен: «Le Bébé Dragon» (1996) и «Le Bébé Dragon-2» (1997) — «Крошка-Дракошка» и «Крошка-Дракошка-2». На обложке альбомов значилось: «Консультант — Жозеф Дюбюк-Лавуа, 8 лет»…

«Крошки-Дракошки» имеют большой успех. Даниэль получает тонны детских рисунков. Дети учатся читать по его песням! Снимается мультфильм, в Монреале ставится мюзикл (без участия Даниэля — он отказывается наотрез!), Даниэль приходит в класс к сыну, чтобы спеть про Крошку-Дракошку вместе с детьми… «Дракошки» получают «Феликс» как лучший детский альбом. Даже французы, традиционно достаточно равнодушные к детям, детству и семейным ценностям, не выдержали и переиздали эти альбомы у себя — правда, только через пять лет.

Одновременно Даниэль решает больше не выпускать авторских альбомов и начинает писать песни для других канадских артистов. И тут в его жизни снова происходит крутой вираж.

На одном из многочисленных квебекских фестивалей он выступает с песней «Блюз бизнесмена» из культового франкофонного мюзикла «Старманья» (мюзикл идёт с 1979 года по сей день). Он поёт её совершенно по-своему. В зале находится автор — Люк Пламондон. Он только что в соавторстве с композитором Ришаром (Риккардо) Коччанте закончил мюзикл «Notre-Dame de Paris» и теперь ищет актёров для него…

«Я увидел этот силуэт, я увидел Фролло!» — восклицал Пламондон впоследствии.

У Даниэля были большие сомнения как насчёт роли (роль, как ни крути, отрицательная, а сам он по натуре человек добрый, ему будет трудно это сыграть), так насчёт и самой затеи (он не думал, что мюзикл может быть популярен). Но терять ему было нечего, и он согласился. «Я решил напомнить о себе и немножко подзаработать!» :):):)

Единственным условием Даниэля было проживание Луизы, Габриэль и Жозефа с ним в Париже. Была снята квартира, для детей подыскали школу.

Ошеломительный успех ND явился для Даниэля сюрпризом, но не таким сногсшибательным, как некогда — успех «Ils s’aiment». Он спел 300 спектаклей во французской версии и 200 — в английской в Лондоне. Его коллеги по ND стали быстро выпускать альбомы и отправляться в турне, желая закрепить успех. Даниэль же немедленно помчался выкупать авторские права на свои песни!… Это было для него гораздо важнее нахлынувшей новой волны популярности, теле- и радиопередач.

Сразу по окончанию ND Даниэль сыграл две роли в кино. Первым был англоязычный фильм канадско-британского производства «The book of Eve». Даниэль сыграл в нём румынского иммигранта, «весёлого малого, не чуждого бутылке» (без пения). Его партнёршей стала английская актриса Клер Блум.

Герой Даниэля должен был говорить по-английски с румынским акцентом, и Даниэль добросовестно взял несколько «уроков» у одного румына, прожившего в Монреале несколько лет. Самым же страшным испытанием для этого «великого скромника» стала любовная сцена, кстати, вполне невинная. Когда эту сцену наконец сняли, режиссёр Клод Фурнье воскликнул: «Я совершенно точно никогда не стану снимать порнофильм с вами обоими!!!» :):):)

Затем последовал франкофонный телесериал о жизни «культового» канадского музыканта Феликса Леклера - «Феликс». То, что Даниэль немного похож на Леклера, неоднократно отмечалось и ранее. Сам Даниэль, например, рассказывал такую историю: «Я встретился с Гаэтаной, супругой Феликса; и Гаэтана мне рассказала, что когда Феликс и она впервые увидели меня по телевизору — мне было 22-23 года, и я только что приехал из Манитобы; то она спросила у своего мужа: скажи-ка, у тебя были подружки в Манитобе?…»

В этом фильме Даниэль спел 30 песен классика — недавно они вышли отдельным альбомом. В первых сериях юного Леклера сыграл Жозеф, и Даниэль очень рад, что смог разделить эту работу со своим сыном.

К сожалению, критика разнесла этот сериал в пух и прах, а наследники Феликса подали в суд на авторов. Конечно, делать биографические фильмы, тем более о недавно живших личностях — дело неблагодарное. Но Даниэля это очень обидело. В Интернет-послании к поклонникам он написал, что вся съёмочная группа работала с огромной отдачей и искренней любовью к Феликсу Леклеру…

В 2002 году Даниэль спел Лётчика в мюзикле «Маленький Принц». Контракт был заключён на 10 месяцев с условием, что Луиза и Жозеф будут жить с ним в Париже. Работать в «Принце» Даниэлю понравилось, хотя жить в Париже он не любит: «Я нахожу его смертельно скучным, Париж. Это серо, сыро, шумно и грязно. Я тоскую по Квебеку. Понадобились бы цепи, чтобы удержать меня здесь!»

Параллельно Даниэль продолжал писать песни для других канадских (и не только) исполнителей: Лары Фабиан, Брюно Пеллетье, Наташи Сен-Пьер, Моран и других. Выпускать собственный альбом он по-прежнему не хотел: делать нечто коммерческое ему было неинтересно, делать же альбом, пылящийся на полках, он считал ниже своего достоинства. И тем не менее…

В 2004 году вышел новый альбом Даниэля Лавуа «Comédies humaines» («Человеческие комедии»). «Я хотел совершить путешествие поперёк нашей милой человеческой глупости. Это тяжёлый альбом, в то же время полный нежности и юмора,» — писал Даниэль в Интернет-послании своим поклонникам.

Все тексты этого альбома были написаны Брисом Омом и Патрисом Гирао. Работа над альбомом шла в основном в Интернете, так как Патрис живёт на Таити, Брис — в Фонтенбло, а сам маэстро — в загородном доме под Монреалем…

Альбом получился не только некоммерческий, а просто-таки антикоммерческий! Тем не менее эти весьма «непопсовые» песни расслушали, и альбом имел успех не только в Канаде и Франции: в «клавардажах» (чатах), посвящённых выходу альбома, свои вопросы Даниэлю задали жители Польши, Мексики, Швейцарии, Китая и, конечно же, России, Украины, Беларуси и Казахстана.

С выходом альбома связаны первые за много лет его сольные концерты, к которым он готовился с огромным тщанием. Это была камерная программа с живым акустическим звуком, рассчитанная на небольшие залы. (Большими залами Даниэль «наелся» за годы работы в мюзиклах). Вместе с Даниэлем выступал всего один музыкант — мультиинструменталист Фрэнсис Кован.

В течение полутора эта программа (с небольшими вариациями) периодически показывалась то в Монреале, то в разных городах Квебека, то в Швейцарии и Франции; а закончилось турне в Париже (где, собственно, и началось).

Особо стоит сказать об опере «Неллиган», два концертных представления которой имели место быть в феврале 2005 года. Эмиль Неллиган — культовый квебекский поэт, классик (1879-1941), причём, не просто «уважаемый классик», а реально читаемый и любимый сегодня поэт. Опера о нём была написана несколько лет назад, а на этот раз была предпринята новая постановка. Даниэль сыграл «Неллигана в зрелом возрасте» и, по мнению критиков, «вогнал публику в слёзы». Все отмечают красоту вокала, которой он пожертвовал на своём альбоме. Голос Даниэля в опере действительно звучит великолепно — легко, широко и красиво.

Ещё Даниэль записал несколько песен на сборных альбомах: альбоме рождественских песен, альбоме в поддержку Клода Левейе, сборнике народных пресен и баллад «Quand le country dit bonjour».

В 2007 году вышел ещё один авторский альбом Даниэля — «Docteur Tendresse» («Доктор Нежность»). Тексты большинства песен были написаны им самим, чего давно уже не случалось! Для аранжировок и записи Даниэль пригласил молодого музыканта Алекси Дюфрена (сына певицы Луизы Форестье, с которой Даниэля связывает давняя дружба и сотрудничество). Надо сказать, что разногласий по поводу аранжировок у них не было, из чего Даниэль заключил, что неплохо ориентируется в современных музыклаьных тенденциях!

Выход альбома сопровождало новое турне, где Даниэль превзошёл все ожидания: он выступал в крохотных залах ОДИН, в собственном сопровождении на рояле!… Впрочем, концерты этого турне продолжаются — наряду с другими проектами, например, этой осенью запланированы три концерта Даниэля с большим хором (с симфоническим оркестром он уже пел).

Даниэль полон сил и творческих планов. Может быть, когда-нибудь он приедет и к нам?

© Перевод и обработка текста - Анна Ямпольская
Взято с сайта placefm.ru


Читать далее
02:41
02:41