ZAYCEV.NET
ГлавнаяИсполнителиИнна Желанная
Инна Желанная

Инна Желанная

    Инна Желанная – одна из самых ярких и необычных российских исполнительниц в стиле world music. Ее группа «Farlanders» (1994-2004) покорила своей музыкой сотни тысяч людей на престижнейших фестивалях этнической, джазовой, поп- и рок-музыки в Европе и США.
    Альбомы Инны Желанной издавались в Германии и Америке.
    Она сотрудничала с известными музыкантами - басист Trey Gunn («King Crimson», США), певица Mari Boine (Норвегия), мультиинструменталист и певец Сергей Старостин (Россия).

    В феврале 2007 года Желанная объявляет о начале нового музыкального проекта. Она по-прежнему работает с народным материалом, но определить стилевое направление этой музыки уже не берутся даже профессионалы - это потрясающая смесь электроники и этники, прогрессива и психоделики, транса и джаза.

    Инна Желанная: всё лишнее завянет, всё достойное останется!

    Инна Желанная: всё лишнее завянет, всё достойное останется!
    ЭксклюЗив

    Друзья, сегодня мы общаемся с легендой русской музыки, это фолк-рок певица Инна Желанная! 


    Музыкальную карьеру артистка начала в 1980-х годах, работала в нескольких коллективах, в том числе именитой советской группе "Альянс". В 1994 году Инна собрала группу "Farlanders", трек которой попал на один из американских сборников вместе с другими звездами мирового масштаба! Как следствие, начались гастроли по США, Европе и другим странам. Творческая биография Инны настолько обширна, что описать ее коротко в самом начале не получится. Мы поговорим с певицей подробнее, в том числе о днях сегодняшних, о суперпроекте Инны Желанной "Вилы" и многом другом.


    Zaycev News (ZN): Инна, приветствую! Как жизнь, настроение? Весна, солнце, все хорошо?


    Инна Желанная (ИННА): Да пока нет никакой весны, солнце обманчиво, настроение черно-белое, жизнь - тлен. В остальном всё прекрасно!


    ZN: Фамилия Желанная - потрясающая! Она настоящая или это творческий псевдоним?


    ИННА: Фамилия досталась от семьи отца, я искала однофамильцев – их нет, мы одни в целом мире. Возможно, для сцены это неплохая фамилия, но в целом слишком обязывает, приходится соответствовать, даже если не хочется. 


    ZN: Немного истории для наших читателей и слушателей. Ты москвичка?


    ИННА: Да, родилась на Таганке, потом отец, окончив МАИ, получил распределение в молодой НИИ в Зеленограде, где, собственно, и прошла бОльшая часть моей жизни.


    ZN: Чуть затронем детский период – как ты попала в музыку? 


    ИННА: Мама была преподавателем в музыкальной школе, хоровое отделение. Под её непрерывным давлением не было шансов заниматься чем-то другим. Хотя попытки были – рисование, ботаника, журналистика, всего понемногу.



    ZN: Кто твои музыкальные кумиры? Кто повлиял на твое творчество, на твое становление, как музыканта?


    ИННА: Кумиры меняются с возрастом. И каждый из них оказывает влияние. В разное время это были Лед Зеппелин, Питер Гэбриел, Полис, Джапан, Кинг Кримсон, Кейт Буш, Дэвид Бирн, Фрэнк Заппа, Бьорк, Ник Бёрч и так далее, все примерно одного поля ягоды. Масса представителей различных этнических культур, Пакистан, Африка, Норвегия, Алтай, Россия, Балканы. А в детстве мама влияла классикой. Пришлось ради неё даже отучиться в Ипполитовке на отделении академического пения.


    ZN: Не могу не спросить, как представитель СМИ! Ты говоришь, что пыталась быть журналистом. Что пошло не так?


    ИННА: Да ничего особенного… Хотелось писать о том, что интересно, а вместо этого приходилось ездить по заданию редакции на какую-то фабрику, писать о жизни и труде советских женщин… Это было начало 80-х, представляете себе, да? Ну и всё, любовь с журналистикой не сложилась.


    Инна Желанная / фото Марии Поповой
    Инна Желанная / фото Марии Поповой


    ZN: В целом да, представляю, я сам "советский ребенок", едем дальше! Твой постоянный жанр, иногда с трансформациями – фолк. Чем был обусловлен такой выбор? Ведь в 80-90-е годы бал правили попса, техно, рок?


    ИННА: Никогда мы не обращали внимания, кто там чем правит. Всегда делали только то, что нравится нам. Может, это даже и плохо, потому что в итоге всегда были где-то в третьем эшелоне, малоизвестными артистами. Хотя и весьма уважаемыми среди коллег, нас даже называли "музыкой для музыкантов"!

    В 1989 году я попала в "Альянс", там во время студийной записи альбома "Сделано в белом" познакомилась с фольклористом Сергеем Старостиным. Знаковая и решающая была для меня встреча, с тех пор я от фолка уже не отходила. Но я не могу назвать себя фольклористом или знатоком фольклора, не хватает базовых знаний. Но зато стало понятно, что всю жизнь я училась не тому и не у тех! А теперь уж и поздно. Остаюсь в числе дилетантов и экспериментаторов.


    ZN: "Farlanders", твоя группа – как переводится? Когда поехали впервые заграницу? Почему группа стрельнула за рубежом? Ты для них была экзотикой?


    ИННА: Название я придумала больше для Европы и Америки, им сложно выговаривать мою русскую фамилию. В то время мы как раз писали альбом в Голландии, который потом был издан в Германии и переиздан Америке. И назывался он соответствующе - "Иноземец". И название "Farlanders" – это мой вольный перевод слова "иноземцы".



    Впервые заграницу мы ездили ещё с "Альянсом", сначала в Швецию (1991), потом в Париж (1994), когда альбом (тот самый!) взял Гран-При конкурса "Радио Франс Интернешнл".

    Позднее, в 1997, мы, уже с "Farlanders" поехали на WOMEX (World Music Expo) в Стокгольм, там нас взяла под крыло немецкая фирма JARO, и следующие лет примерно десять мы регулярно ездили в Европу на фестивали и в туры. Про экзотику не скажу, просто в те времена рухнул "железный занавес", открылись границы, и люди реально интересовались русской культурой.



    ZN: Ты сотрудничала со звездами мирового уровня. С какими? Чем запомнилось сотрудничество, можно пару примеров,?


    ИННА: Это норвежская этно-певица Мари Бойне и басист "King Crimson" Трей Ганн. Мари – абсолютная шаманка! Сотрудничество с Мари – это было ещё с Альянсом – совместная студийная запись под руководством нашего тогдашнего продюсера Игоря Замараева в его студии в МДМ. Я тогда была слишком молода и глупа, чтобы оценить удачу, которая мне выпала. Меня поражало, как легко можно превращать в музыку любые звуки – стук двери, смех, случайные шаги, голоса в гулком коридоре – мы добывали музыку "с нуля" из всего вокруг! Это был потрясающий, очень нужный мне в то время опыт. Вообще эти два года в "Альянсе" и опыт совместной студийной работы с норвегами дали мне направление, которым я и иду, как мне кажется, до сих пор.


    ZN: Опыт работы за рубежом и с западными артистами: давай сравним их с нашими? С кем получается лучше взаимодействовать? "Фирмачи" (так их называли?) чем отличаются от российских музыкантов?


    ИННА: Я не люблю и не использую слово "фирмачи", в нём сквозит наше вечное идолопоклонство перед всем западным. 

    У нас есть музыканты мирового уровня, великие музыканты! Они ничем особо не отличаются, а порой и превосходят западных звёзд. И я всегда стараюсь воспользоваться их дружбой, например, для записи в наших альбомах. 

    Из западных дважды я приглашала Трея Ганна для совместного творчества, пару концертов с ним сыграли, когда он был в Москве, больше никого. Хотя интерес ко многим есть! Но не всегда мне понятно, что я могла бы им предложить, чтобы творчески заинтересовать.


    ZN: Окей! Добрались до группы "Альянс". Все ее помнят, в основном, по песне "На заре". Ты ее когда-нибудь исполняла? Какой опыт ты получила от сотрудничества с этим коллективом?


    ИННА: Когда я пришла в "Альянс", эти песни там уже не исполнялись, была другая программа. Вообще эта группа – птица Феникс, погибающая и каждый раз рождающаяся заново, и каждый раз она вновь актуальна и востребована.

    Опытом этого сотрудничества я пользуюсь до сих пор. Но самое важное, пожалуй – они научили меня слушать правильную музыку!



    ZN: Итак, фолк. Расскажи о своих музыкантах: кто они? Некоторые с тобой играют подолгу!


    ИННА: Мне повезло в течение десяти лет (1994-2004) работать с мэтром русского фолка Сергеем Старостиным. Незабываемый и бесценный опыт. С басистом Сергеем Калачёвым мы работаем вместе в разных моих проектах уже 32 года. Сейчас в арт-проекте "Вилы" он сменил бас на барабаны. Так же на нём вся электроника и аранжировки.


    Арт-проект Инны Желанной "Вилы" / фото Вадим Морозов
    Арт-проект Инны Желанной "Вилы" / фото Вадим Морозов


    Кроме него в группе три девушки вокалистки – Маргарита Кожеурова, Алиса Романова и Алёна Лифшиц, фольклористки, выпускницы московских музыкальных ВУЗов. Алексей Чой отвечает у нас за сценографию. Хореограф Артур Ощепков – постановщик театральной части нашего действа. 



    ZN: У тебя в репертуаре масса минорных песен, мажорные придется поискать. Звучит очень круто, таинственно, завораживающе! Но все же, почему выбран такой мрачноватый русский стиль? 


    ИННА: Русский стиль в целом мрачноват. Даже разухабистые плясовые или застольные песни - всё равно в миноре. Нелёгкая, видимо, жизнь была у народа! Ну и я, надо признать, человек довольно депрессивный, так что во мне всё это отзывается.



    ZN: А как тебе нынешние музыкальные тренды? Сейчас все стали рэперами – как это можно прокомментировать? 


    ИННА: Увлечение рэпом, как мне кажется, это то же самое, что было в 60-х – из Америки пришёл рок, чуть раньше – джаз, теперь вот рэп. Молодёжная мода, не более того. Всё тащим с Запада…


    ZN: Как специалист по русской музыке как думаешь – русский рэп вообще может существовать в природе? Или это удел черных? Чернокожие рэперы ведь не пытаются петь русские частушки, например?


    ИННА: Сложный вопрос, чтобы ответить, надо в предмете разбираться. А я не разбираюсь. Когда слышу рэп, мне не понятно, почему они все как будто обиженные. Поют (читают) очень унылыми, бубнящими голосами, во рту каша, ни слова не понять, хотя рэп подразумевает главенство слова, если я правильно понимаю. В общем, я это не слушаю, мне не интересно, для меня там нет музыки.


    ZN: Скажи, нет ли у тебя ощущения, что музыка молодых сегодня деградирует?


    ИННА: Ну, я бы так не драматизировала. Не сказала бы, что прям повсеместно деградирует, но упрощается, да. Всё упрощается. Такой стремительный век, людям некогда вдумываться, вслушиваться, вчитываться, анализировать. Слишком много информации и мало времени, всё на бегу. 

    К тому же технические возможности стали практически безграничны, каждый может собрать студию прямо у себя дома, следить за новинками в музыкальной индустрии, издаваться самостоятельно. Сорняк в такой ситуации действительно зацвёл буйным цветом, но это временное явление, всё лишнее завянет, всё достойное останется. Как и было всегда. 



    ZN: Обстановка с нынешними переносами и отменами концертов, отъездами артистов. Как ты относишься к тем, кто уезжает?


    ИННА: Это которым "стыдно быть русскими"? Сегодня каждый выбирает для себя позицию, я уважаю их выбор, даже если не разделяю его. На всё есть причины. Мне не стыдно быть русской, для меня моя "русскость" заключается в совершенно другом, мне это дорого и вот так откреститься от своей страны по неким политическим соображениям я не готова.

    Подумайте сами, сейчас ничего нельзя сказать определённо, ложь льётся из каждого утюга, кто кого переврёт, и верить нельзя никому. Делать резкие шаги в такой ситуации мне кажется большой ошибкой.


    ZN: Есть мнение, что музыка должна быть вне политики. А ты как считаешь?


    ИННА: Да пусть будет вне или не вне, не важно, лишь бы это была музыка, а не лозунги под аккомпанемент. 


    ZN: В Википедии информация о тебе заканчивается 2017-м годом. Чем занимаешься последние 5 лет? Предположу, что как раз проектом "Вилы"?


    ИННА: Да, "Вилами" и занимаюсь. С предыдущей группой мы не сумели пережить период ковидобесия, артисты не могут без работы, мы взяли таймаут и соберёмся ли ещё, теперь не знаю.


    Арт-проект Инны Желанной "Вилы" / фото Вадим Морозов
    Арт-проект Инны Желанной "Вилы" / фото Вадим Морозов


    ZN: Проект "Вилы" везде значится, как твой. Проект уникальный, расскажи нашим читателям – чем именно?


    ИННА: Вилы – это мой музыкально-театральный проект. Так получилось, искала хореографа, нашла, и он стал нашим режиссёром-постановщиком. 

    Последние 2-3 года – испытание для нас. За всё это время было, кажется, два концерта. После чего мы с девочками перешли в акустический формат и просто квартетом, без барабанов и электроники, поём в московских и подмосковных клубах народные песни с играми и хороводами. Как выяснилось, такой формат весьма востребован, люди устали от агрессивных звуков.



    ZN: Кто твоя аудитория сегодня?


    ИННА: Всегда этот вопрос ставит в тупик. Я не знаю, кто ходит на концерты. Надеюсь, и старые поклонники, и новые, молодые люди, интересующиеся современным экспериментальным фолком.


    ZN: Преподавательская деятельность, вокал: занимаешься? Я где-то читал, что ты учишь петь детей. Какие сейчас дети?


    ИННА: Да, с некоторых пор это моя основная работа. Но я не работаю с детьми, у меня только взрослые.


    ZN: Тогда расскажи про своих детей? Каким ты видишь их будущее?


    ИННА: У меня 30-летний единственный сын, который давно уже сам строит своё будущее. Но я видела его будущее совсем другим. Впрочем, так всегда и бывает – родители лучше знают, чего хотят их дети, а дети вырастают и определяются сами. Надеюсь, у него всё получится, когда он наконец сделает свои мечты планами.


    ZN: Ты верующий человек? Если да, то как вера пришла в твою жизнь? Речь не о религии, а о вере, но если к какой-то конфессии себя причисляешь, можешь назвать.


    ИННА: Да, у меня есть определённые убеждения. Но я не разговариваю об этом публично, считаю это личным и даже интимным делом каждого.



    ZN: Окей, тогда вернемся к музыке! Каким должен быть сегодня профессиональный музыкант?


    ИННА: Талантливым, компетентным и свободным. Желательно ещё богатым, но это уж как пойдёт.


    ZN: Без каких качеств тебе не получилось бы стать такой крутой и самобытной, какой ты стала?


    ИННА: Без изначального таланта и влияния других талантливых людей… и спасибо за комплименты!


    ZN: У тебя есть какие-то неудовлетворенные музыкальные амбиции, какие-то непокоренные вершины?


    ИННА: Конечно, иначе можно сложить ручки и выходить на пенсию. Прежде всего, мне хотелось бы лучше петь. И собрать ещё один проект. Возможно, я это и сделаю чуть позже.


    ZN: Что ты можешь пожелать сегодняшним начинающим музыкантам?


    ИННА: Это не пожелание, а рекомендация - слушать больше самой разной музыки!


    Арт-проект Инны Желанной "Вилы" / фото Вадим Морозов
    Арт-проект Инны Желанной "Вилы" / фото Вадим Морозов


    ZN: Что интересного в твоей музыкальной жизни происходит сейчас, что в ближайшее время покажешь нового? 


    ИННА: Сейчас у группы "Вилы" вышел двойной альбом "Крапива", готовим презентацию. В альбоме приняли участие прекраснейшие московские музыканты-солисты – скрипачи Геннадий Лаврентьев и Артём Якушенко, Сергей Старостин с этническими духовыми, Антон Силаев на трубе, Александр Карнавалов с диджериду, гитарист Владимир Корниенко, Артемий Воробьёв сразу с тремя народными инструментами – баву, гусли и волынка. И презентацию мы хотели бы тоже провести с их участием, отказавшись в этот раз от театральной постановки в пользу музыки.

    Надеюсь, осенью всё состоится. Если удастся выпустить к этому времени и винил (тоже двойной), будет вообще праздник!



    ZN: Инна, большое спасибо, было действительно интересно! Успехов, и только успехов!


    Обложка: Инна Желанная / фото Марии Поповой.

    Доступно прослушивание он-лайн без возможности скачивания книги на Ваше устройство