Hushpuppies

Hushpuppies — это своеобразный французский ответ коллективам вроде Franz Ferdinand, причем ответ развернутый, звучный и чеканный. Главная разница заключается в том, что если FF в значительной степени ориентируются на постпанк, то Hushpuppies — это больше история про шестидесятые, максимально подновленные и молодцеватые. Квинтет, составленный из, мягко говоря, неюных людей (красавцу фронтмену Оливье тридцать), исполняет превосходный психованный рок, в котором непонятно чего больше — гаражного панка, популярной психоделии или типично лондонского бита. Поют Hushpuppies преимущественно по-английски. Вообще, это люди из перпиньянской группы Likyds, которые некоторое время назад переместились в Париж, где обзавелись новым басистом и новым именем. Hushpuppies исключительно хороши живьем — месяц назад я видел их на одном французском фестивале. Концерт — это резкие скачки напряжения, это драйв одновременно отчаянный и субтильный. Игравшие вслед за ними Arctic Monkeys в сравнении казались откровенным убожеством (каковым они, в сущности, и являются). На концерте Hushpuppies позволяют себе довольно много, больше, чем на альбоме: короткие емкие хиты вроде «You’re Gonna Say Yeah!» перемежаются какими-то цветоделительными психооргиями в духе The Doors и крикливыми монологами на французском. В целом они весьма точно имитируют тот специальный нарциссизм простолюдина, который расцвел в шестидесятническом Лондоне. Можно даже сказать, что Hushpuppies наследуют культуру британских модов (бескомпромиссный дендизм, плюс мотороллеры, плюс амфетамины, плюс музыка The Who и The Small Faces); их лидер Оливье с его узкими брюками и короткими приталенными пиджаками уж точно выглядит как герой архивной телепередачи «Ready Steady Go!».

Само по себе интересно, что Hushpuppies называют свои творения именами уже существующих песен — взяли, к примеру, и написали яростную скоростную вещь под названием «Pale Blue Eyes», которая ни капли не похожа на одноименное сочинение Лу Рида, но именуются они почему-то на один лад. (Представьте себе молодую русскую группу, которая написала бы песню под названием, ну я не знаю, «Город золотой» или «Милиционер в рок-клубе».) Вдвойне интересно то, что сочинения Hushpuppies выходят не хуже «оригиналов». Если новая «Pale Blue Eyes» по меньшей мере не уступает старой, то блистательная композиция «Packt up Like Sardines in a Crushtin Box» совершенно точно превосходит одноименное творение Radiohead. «Packt up Like Sardines in a Crushtin Box» — это вообще главное, что есть на альбоме «The Trap», три минуты непрерывного горения, сильнейшая штука. Если кто-нибудь в этом году напишет что-нибудь ей равновеликое, я буду столь же рад, сколь и удивлен.

Вообще, в этих играх с повторяющимися названиями есть какая-то незамысловатая прелесть, далекая от расхожих выходок современности. Это совсем не то что вздорный толстяк, требующий, чтобы его называли Донной Саммер. Проделки Hushpuppies скорее напоминают мне позицию одного безвестного гитариста-малайца, с которым я однажды разговаривал в Куала-Лумпуре. Он назвал свою группу The Beatles, и в глазах у него застыл особый блеск, который единственный и может оправдать такие вещи. Hushpuppies проводники того же блеска.